Письмо Свят. Филарета игумении Леснинского монастыря Магдалине. (1979)


26 ноября/9 декабря 1979 г. Ваше Высокопреподобие, Пишу это письмо в пути — на пароходе «Ориана», который плывет в Австралию. Пароход довольно большой, в 42 000 тонн (это, примерно, размер Титаника) и достаточно благоустроенный. Сегодня — воскресенье. Утром мой спутник о. прот. Константин в каюте служил литургию, а я причащался. То же самое было вчера, в день отдания Праздника Введения Пресвятой Богородицы, т.к. ни в самый день этого Праздника, ни на второй его день отслужить не удалось — была упорная качка. Но с четверга океан утих, и плывем спокойно. Мне давно хотелось поделиться с Вами некоторыми моими мыслями — по вопросам, о которых мы оказались разных мнений. Конечно, пишу не для острой полемики, а для мирного обмена мнениями. Вероятно Вы помните, что не в последний мой приезд в Обитель, а в предпоследний, у нас с Вами было нечто вроде спора по тому поводу, что Обитель принимает в свой храм тех, кто, по существу, являются последователями, членами б. Экзархата, а не Зарубежной Церкви. И обратно — многие из наших духовных чад постоянно бывают у парижан и там исповедываются и «причащаются»… Вы указывали на то, что Обитель поступает так в миссионерских целях, дабы дать заблудившимся возможность молиться и освящаться таинствами в настоящем православном храме. А я на это скажу: так вполне может быть, подобно тому, как посланцы Св. Князя Владимира побывали в греческой православной церкви. Но… Большое «но»! Послы князя доложили ему о красоте православной веры — а результат был тот, что и они и сам Князь не остались в своем заблуждении, а заменили язычество христианством. И мне кажется ясным, что правильное «миссионерство» будет в обители только тогда, когда Обитель, допуская «их» к посещению храма, однако же, будет допускать их к таинствам только под условием, что приняв у нас таинство, они откажутся от «таинств» совершаемых на «Рю Дарю» и, вообще, в храмах экзархата. Иначе — что получается ?! Получается так, что у них все в порядке, и им незачем что-то менять и исправлять. И мы, допуская их к таинствам, и не требуя единства и постоянства в этом отношении, утверждаем их еще крепче в том, что у них все правильно и их путь — настоящий и правильный путь. На Третьем Всезарубежном Соборе [1974 г.] пошли было речи о том, что мы должны объединиться и с Парижанами и с американскими лже-автокефалистами — «в духе любви». Любовь, видите ли, должна нас объединить и не нужно подчеркивать наших расхождений. Но эти разговоры примолкли, когда я привел слова одного из св. отцов, который говорит: если мы будем во имя, якобы, любви (вести себя так), чтобы не беспокоить ближних, замалчивать их заблуждения и не объяснять им, что они на неверном пути, то это не любовь, а ненависть! Правильно ли поступит тот, кто видя слепца, идущего к пропасти, не скажет ему об этом, чтобы не «обеспокоить» его ?! Разве это — любовь? На последнем Архиерейском Соборе Владыка Антоний выступил-было с речью в таком духе… Он говорил: что касается Парижа, то тут у нас паства общая (т.е. у нас и у экзархата. М.Ф.), мы одинаково обслуживаем одних и тех же православных людей… Тут я не выдержал и разразился речью… Во-первых, я указал на то, что у нас действительно есть место, где у нас есть паства общая с другими служителями Православной Церкви. Это — Бостон. Там есть наши приходы и есть монастырь о. Архим. Пантелеимона. У него — греческие порядки и устав. Но верующие одинаково ходят туда и сюда, т.к. монастырь этот — нашей юрисдикции, абсолютно православен и имеет наш православный «дух», несмотря на разницу в уставах и порядках. А к этому я прибавил: но скажите: какая же может быть у меня «общая паства» с парижанами, когда их глава, арх. Георгий, проходя в Брюсселе мимо нашего храма-Памятника, плюет в его сторону со словами — «у, карловацкая зараза!..» — Это видели и слышали наши люди, присутствовавшие там… Но экзархат плюет не только на наши храмы, но и на церковный устав и каноны. Там венчают браки по субботам и, вообще, когда угодно — лишь бы платили деньги; там отпевали некрещеного еврея — как об этом с негодованием сообщили нам наши «зарубежники»… Какая тут может быть «общая паства» и что может быть у нас общего с ними? Когда я служил в Брюсселе в траурный день, к Св. Чаше подошла-было какая-то женщина. Я сказал: спросите — исповедывалась ли она? Ответ: «нет !». — Вы не можете причащаться. — А она стала шуметь — что это такое, нужно только, чтобы совесть была чиста и т.д… А я, не вступая с ней в пререкания, только подумал: «у, экзархатная зараза…». Она была из «парижан». Меня обвиняют в излишней строгости и в «фанатизме». Но у меня имеются достаточные основания для того, чтобы стоять на своей точке зрения, ибо за мной стоят великие авторитеты, древние и современные. Начну с древних. Прежде всего, конечно, в духе ли теперешней «снисходительности» к отколовшимся сказаны слова «аще и Церковь преслушает, буди тебе яко язычник и мытарь»? Мы знаем, КТО сказал эти слова. Кто же осмелится прекословить Ему?.. Обратимся к великим. Вот Святитель Григорий Богослов — воплощенная кротость и чистая христианская любовь ко всем, и, в частности, к заблудившимся. Однако, он прямо говорит, что не всяким миром нужно дорожить и не всякого разделения нужно бояться. «Есть постыдный мир и есть доброе и похвальное разделение» — говорит Святитель Григорий. А контекст этих слов явно указывает, что он имеет в виду отколовшихся — ушедших в раскол. Василий Великий. Строгий паче многих. Но мы знаем, что когда шла речь о расколе только что начавшемся, Святитель стоял на позиции максимального снисхождения, и ради того, чтобы облегчить отколовшимся дело возвращения в ограду Церкви, всячески старался о том, чтобы им были предъявляемы самые минимальные требования, как условия возвращения. Но как круто меняется его позиция, когда он говорит о расколе упорном, длящемся. «Такой раскол, — говорит Св. Василий — уже во всем подобен ереси, и с такими раскольниками нужно обращаться как с еретиками, не допуская никакого общения с ними». Строго и категорично. Но еще строже и категоричнее говорит третий из великих, Св. Иоанн Златоуст. Жаль, что у меня нет на пароходе под рукой его замечательных слов, сказанных именно о раскольниках. Но я хорошо их помню и постараюсь передать по возможности точнее. Свою речь о расколе Златоуст начинает с указания на древнее свидетельство великого Божия угодника, Священномученика Игнатия Богоносца. Св. Игнатий говорил, что нет греха хуже того, который производит разделение в Церкви и предупреждал, что этот грех так велик и страшен, что даже не омывается мученической кровью!.. Подтверждая это от себя, Златоуст говорит: я говорю это для тех, кто без разбора ходит во все храмы — и наши и раскольничьи. Если они учат иначе, чем мы — то уже поэтому, конечно, не следует к ним ходить. А если они учат так же, как и мы — ТО ЕЩЕ БОЛЕЕ НЕ СЛЕДУЕТ К НИМ ХОДИТЬ, ибо здесь — грех любоначалия… (А разве печальной памяти Евлогий — не потому откололся и стал раскольничьим вождем, что не мог вынести старейшинства Митрополита Антония?.. Увы — это так! Помню, как мой покойный родитель, Вл. Димитрий, возвратившись с знаменитого «совещания четырех», при всей его всегдашней осторожности в отзывах, с горечью говорил: «я не представлял себе, что православный архиерей может быть настолько неискренним, как сей Евлогий, которого и митрополитом-то не хочется называть». А Вл. Нестор, который, как архиерей, получил протоколы совещания, показал их о. Нафанаилу — там были между пр. слова Вл. Димитрия: «поскольку Высокопреосв. Евлогий сегодня говорит прямо противоположное тому, что он говорил вчера, и я вынужден сегодня сказать также противоположное и заявляю о своем полном несогласии с ним»…). Златоуст продолжает: «ты (он обращается к собеседнику) говоришь: у нас все одинаково, они служат, молятся и учат так, как мы… Хорошо — почему же они не с нами?! Один Господь, одна вера, одно крещение! Они откололись — в таком случае может быть что-нибудь одно из двух: или у нас хорошо, а у них плохо, или у них хорошо, а у нас плохо! Эти ясные и категорические слова Св. Отца что означают? Не что иное, как указание на то, что раскол — безблагодатен. Христос не разделился и благодать его едина. Если верить в «благодатность» раскола, то нужно или признать, что у нас благодати нет, ее унесли отколовшиеся — или признать, что есть две благодати (и, очевидно, две истинные Церкви, т.к. благодать дается только в истинной Церкви). Продолжая развивать свои мысли, Св. Златоуст делает, в конце концов, свой вывод — неизбежный и неотразимый: «я говорил и подтверждаю, что раскол есть такое же страшное зло, как ересь». А ересь отлучает человеческую душу от Церкви, от Бога — и от спасения. Вот еще голоса из древности. Св. Петр Александрийский видел Спасителя в разодранном хитоне — Господь придерживал его руками. Святитель дерзнул вопросить: «кто Ти, Спасе, одежду раздра?»… Последовал скорбный и гневный ответ Спасителя: «Арий безумный — он отлучил от Меня Моих овец, которых Я приобрел кровию Своею»… В житиях святых говорится, что преподобному Григорию было однажды откровение — он видел будущий Страшный Суд Христов. И на этом Суде Господь вызвал к себе Ария и грозно спросил его: «Не Я ли — Богочеловек Христос, по Божеству равный Отцу и Святому Духу? Как же ты Мое Божество свел в тварь и этот прельщенный тобою собор (последователей Ария) — довел до вечной муки?»… Эти страшные слова о чем говорят? О том, что еретик своих последователей доводит до вечной муки!.. Ведь среди его последователей несомненно были люди, верившие ему — верившие в то, что он истину им глаголет! Мы уже видели, что, не по нынешним мягкотелым рассуждениям, а по учению Свв. Отцов, раскол есть такое же страшное зло, как ересь — и, очевидно, и конец его будет тот же. Я не дерзаю произносить суд над современным нам основоположником раскола, м. Евлогием, но боюсь за его душу, и боюсь за всех, им и его преемниками прельщенных и увлеченных в раскол. И мне не понятна позиция в этом вопросе покойного Владыки Иоанна — истинного служителя Божия и Божия человека. Почему он с самого начала не поставил «точки над и» и не объяснял евлогианам всю неправду их пути и положения?! А ведь именно из-за этого, из-за того, что не было сразу и ясно сказано, где правда и где неправда (двух правд быть неможет), где белое и где черное, где свет и тьма, какой путь правилен и какой неправилен — не было бы этой «междуюрисдикционной мешанины», и положение было бы ясно. Тот факт, что многие из «православных» ходят безразлично в какую церковь, о чем говорит? Да просто о том, что людям истина не дорога. Поэтому-то они тут и не задумываются особенно. «Служат одинаково, все одно и то же — что тут мудрить?». Или, как с горькой иронией говорил у нас в Харбине один из лучших пастырей Зарубежья, протоиерей о. Иоанн Сторожев (последний духовник убиенной Царской Семьи) — «колокола звонят, попы служат, поют хорошо — чего вам еще нужно? И еще прибавляется так знакомое — «Бог то, ведь, один!». А если бы люди любили истину и дорожили ей — разве они успокоились бы на таком безразличии?! Нет и тысячу раз нет! У них болела бы душа и не успокоилась бы, пока не увидела бы — где истина, которая может быть только одна — двух истин быть не может. Как прав Владыка Нектарий, когда он всегда твердит: нет никаких «разных юрисдикций», а только есть Православная Зарубежная Церковь, а вне ее расколы и ереси. Сейчас я приведу ссылки на авторитет современный, не древний, но авторитет, перед которым мы все склоняемся. Это, конечно, великий «Авва всех авв» — блаженнейший Митрополит Антоний [Храповицкий]. Владыка Антоний, вручая игуменский жезл игумении Павле, говорил ей: «будь снисходительна ко всем, умей обращаться с маловерными и кощунниками. Мудро обходись с еретиками, но никогда не соглашайся с тем, что они будто бы имеют благодать Св. Духа; знай, что католики, магометане и все прочие еретики безблагодатны». — А мы уже видели, что Св. Отцы упорный, длящийся раскол приравнивают к ереси. Следовательно?.. Цитата из Пасхального послания Владыки Антония (1934 г.): «Настоящее время богато не подвигами благочестия и исповедничества, но подтасовками, ложью и обманами. Замечательно, что несколько иерархов с паствою, по преимуществу русских, уже отпали от вселенского единства и на вопрос «како веруеши» отвечают ссылками на самозванных глав всяческого раскола в Москве, Америке и Западной Европе. Ясно, что они потеряли веру в единство Церкви по всей вселенной и не хотят в этом сознаться, стараясь спокойно переносить отказы истинной Церкви от общения с ними, и воображая, будто можно спасать душу и без общения с Нею… Оторвавшиеся от Нее лишают себя надежды на спасение, как об этом учат Отцы 6-го Вселенского Собора, признав отщепенцев за совершенно безблагодатных, согласно слову Христову — «аще и Церковь преслушает, буди тебе яко язычник и мытарь». К сожалению, некоторые православные миряне, даже, увы, и многие клирики (и иерархи. М.Ф.) [слово «иерархи» добавлено Митрополитом Филаретом] подвергли сами себя такому безблагодатному состоянию, хотя и при сохранении внешности церковных богослужений и кажущегося совершения таинств». Вдумайтесь в последние слова великого Аввы: кажущееся совершение таинств… Какой ужас! Но эти его слова целиком совпадают с моим убеждением в безблагодатности и недействительности раскольничьих таинств. И когда я привел эти слова Вл. А. в подтверждение моего убеждения на Соборе — архипастыри приняли это безмолвно, ни один не возразил — молчал и (…) Владыка А (Антоний?) [здесь, вероятнее всего, по толкованию некоторых держателей копий этого письма Митр. Филарета, имеется ввиду архиеп. Антоний Женевский (Бартошевич)]. А Владыка Филофей от лица всего Собора принес благодарность за такое исключительной важности разъяснение… …Об этом много говорил тот же Святитель Василий Великий. Вот почему так говорили Св. Игнатий Богоносец и Св. И. Златоуст о том, как велик и страшен грех разделения в Церкви. Ибо тяжко ложится на ответственность того, кто производит такое разделение — участь тех, кто отходит от истинно-церковного пути на другие пути, в пагубу ведущие… …Мир Вам и Божие благословение. Господь и Его Пречистая Матерь да хранят Вас и Св. Обитель во здравии и благополучии!   + Митрополит Филарет (подпись)   «Приложение» Письмо получилось достаточно длинным. Но перечитав его, я увидел, что сказал не все, что считал нужным сказать; а посему еще добавляю это «приложение». Основную мою мысль Вы, Матушка, вероятно, уловили. Я считаю (говорю, конечно, только от себя), что у раскольников — американских и парижских — благодати нет, ибо иначе можно допустить абсурд — существование нескольких истинных Церквей, друг друга не признающих и духовного общения не имеющих. Сие абсурдно уже потому, что Божественный Основатель Церкви сказал: «Созижду Церковь Мою», а не «Церкви Мои». К такому убеждению меня привели как слова древних Свв. Отцев (приведенные мною), так и слова Аввы Антония о кажущемся совершении таинств у тех, кто откололся от истинной Церкви. И я настолько не верю в благодатность раскольничьих «манипуляций», что в случае, если бы я умирал и нужно было бы напутствие, я ни от «парижанина» [т.е. последователя евлогианского раскола], ни от американского лже-автокефалиста его не принял бы, дабы вместо Св. Таин не проглотить кусочек хлеба с вином. Но я забыл еще подчеркнуть, что в силу такого положения, печальнейшим явлением нужно считать то, что и наши зарубежники ходят в раскольничьи капища — «исповедываются» и «причащаются» там. — Чего причащаются? Если Св. Таин, то значит у нас Св. Таин нет, как точно разъяснил Златоуст. А если Св. Таинства у нас ЕСТЬ — то там их нет, и эти бедные люди ходят туда понапрасну. «Кажущиеся» таинства, по определению Аввы Антония, — вот что преподносят доверчивым людям служители раскола! Я прекрасно понимаю, какую сумятицу внесет в жизнь русских людей, верящих экзархату и лже-автокефалии то, что я написал здесь, если бы это было опубликовано. Но разве лучше будет, если о всем этом молчать и утешаться «миром и тишиною», как этого хотелось бы Владыке А[стерто]. Ведь люди на дороге духовно ложной! Это страшно! И разве не падет на наши головы грозный суд Божий, если мы не будем вразумлять заблудившихся братий? Мне могут возразить: а разве третий Всезарубежный Собор не обратился к тем и другим, к парижанам и Американцам, с призывом к миру и единению? Да — обратился, но обратился совсем не так, как нужно — почему этот призыв и не дал результатов, вернее, дал результат отрицательный. Я был уверен в том, что таков будет результат. Ибо нужно было сказать им: вы заблудились и от Церкви отпали — постарайтесь вернуться в Нее! А сделанное обращение говорит с ними так, как будто бы они были в Церкви так же, как и мы, на равных правах и положении. Вот тут и надо было им сказать: вы — не какие-то «разные юрисдикции» — вы просто раскольники, и никаких церковных прав у вас нет… Одумайтесь и вернитесь с покаянием! Вероятно, такое обращение вызвало бы у руководителей раскола только взрыв ярости (дай Боже, чтобы я ошибался — но ведь мы видим их настроение). Но среди их «паствы» многие и многие могли задуматься и понять, что у них дело обстоит совсем не благополучно, как поняли после серьезных и убедительных разъяснений о. Герасима — покойный Сандрик Филатьев и многие другие, порвавшие с расколом. Мне могли бы задать вопрос: почему я не сказал на Соборе о том, что считаю обращение неправильным. Я ответил бы: потому, что видел настроение на Соборе и опасался взрыва и могущей быть катастрофы. Меня ведь предупредили о том, что враги Церкви хотят устроить такой взрыв и взорвать Собор изнутри. Поэтому мне приходилось избегать вопросов, могущих вызвать крупные обострения. Если Господь приведет меня дожить до следующего Архиерейского Собора, я поставлю на нем этот вопрос ребром.

Nicefor.Info


Письмо Свят. Филарета игумении Леснинского монастыря Магдалине. (1979) (ru.)
A Letter from St. Metropolitan Philaret (Voznesensky) to Abbess Magdalena (Countess Grabbe), Superior of the Lesna Convent in France. (1979) (en.)